Артапанус Александрийский
» » Артапанус Александрийский

Артапанус Александрийский

13.12.2020


Артапанус Александрийский (греч. Ἀρτάπανος ὁ Ἀλεξανδρεύς) — историк, иудей по происхождению, живший, вероятно, в Александрии во второй половине III или во II веке до н. э. Между 250 и 100 годом до н. э. написал на греческом языке историческое произведение под названием «Об иудеях». Работа Артапануса может рассматриваться как ответ на произведения таких авторов, как Манефон (третий век до н. э.).

Труд Артапануса дошел до нас во фрагментах работ историков:

  • Евсевия Кесарийского в Приготовлении к Евангелию книга IX главы 18, 23, 27
  • Климента Александрийского в Строматах книга I главы 23, 154.

Особенности сочинения

Артапанус использовал Септуагинту как основу для своего исторического сочинения, создавая свое собственное, отличающийся от библейского, повествование. Он описывает пребывание в Египте трех еврейских патриархов — Авраама, Иосифа и Моисея, представляя их героями, привнесшими в ближневосточную культуру многие важные изобретения.

Согласно Артапанусу, Авраам научил Фараона астрологии, Моисей «облагодетельствовал человечество» изобретением лодок, египетского оружия и философии (Eusebius, PrEv 9.27.4). Также он рассказывает, что греки называли Моисея Мусеем, учителем Орфея (считавшегося отцом греческой культуры). Также Артапанус приписывает Моисею разделение Египта на 36 номов и покорение Эфиопии, два достижения, традиционно приписывавшихся египетскому народному герою Сесострису. В своем повествовании Артапанус подчеркивает, что народ любил праотцов евреев за их изобретения и достижения. Он даже замечает, что эфиопляне стали обрезываться в знак восхищения перед Моисеем. Часть сочинения Артапануса опирается на повествование книг Бытия и Исхода, но в основном это плоды его собственных измышлений.

Одним из самых поразительных аспектов работы Артапануса является легкость, с которой он соединяет еврейскую и египетскую культуру и религию. Артапанус также пишет, что Моисей определил «для каждого из 36 номов бога, которому должно поклоняться, и что этими животными должны быть кошки и собаки и ибисы.» Нет никаких сомнений в том, что Артапанус был знаком с животными культами Египта и с многочисленными центрами культового поклонения кошкам (например, в Телль эль-Бубастис) и ибисам (например, Туна эль-Гебель возле Гермополиса), что процветали во времена написания Артапанусом своей работы. К сожалению, упоминание «кошек и собак и ибисов» не дает нам достаточно знаний о различных культовых центрах, которые могли бы быть использованы для датировки работы. Тем не менее, мы не можем определить только по повествованию Артапануса, в какой степени этот религиозный синкретизм существовал в сознании других евреев или египтян, писавших или живших в то время. Следует отметить, что в то время как Артапанус связывает имя Моисея с основанием культов животных, он также утверждает, что «освященные животные» были уничтожены во время пересечения Красного моря. Это говорит о том, что, согласно Артапанусу, вклад Моисея в египетское общество был, в конечном счете, менее важен, чем его главное деяние: выведение израильтян из Египта.

Моисей также отождествляется с Гермесом в 9.27.6 (Евсевий, PrEv): «Из-за этого, Моисей был любим народом, и удостоился богоподобных почестей от жрецов и был назван Гермесом, потому что истолковал священные письмена.» Гермес был греческим богом, посыльным олимпийских богов, в египетских традиции, был отождествлен с Тотом (Djehuty), богом мудрости и времени, изобретшим письменность. Джон Коллинз указывает на игру словами, которую Артапанус мог заметить в греческом языке: имена Моисея, Тота, и объединяющее их имя Тутмос; но не поэтому Артапанус связывает Моисея с Тотом. Артпанус связывает еврейских патриархов, например, Авраама, научившего египтян астрономии (Авраам, Евсевий PrEv 9.18.1) и Моисея, истолковавшего священные письмена (возможно, еврейские буквы), и достигшего богоподобного знания Тота. Связь Моисея с фигурой Еноха отмечалась некоторыми исследователями, так как и Енох, по преданию, научил людей «правильной» астрологии (например, солнечному календарю; 1 Енох 1-36), однако Артапанус никак её не упоминает, четко обозначая лишь связь Моисея с Гермесом/Тотом. Это имеет смысл, потому что Артапанус пытается связать Моисея не с другими персонажами еврейской традиции, а с египетской историей, культурой и религией в целом.

Богословие и мотивация

Богословие Артапануса является предметом разногласий среди научного сообщества. Некоторые ученые считают, что он был евреем с языческим верованиями. Джон Барклай, например, считает, что оправдание Артапанусом египетских культов животных и придание Моисею статуса языческого божества указывают на то, что Артапанус был язычником. Другие отмечают, что его увлечение чудотворными силами Моисея сближают его взгляды с эллинистическими языческими верованиями. Другая группа ученых, однако, считает, что Артапанус «практиковал единобожие» — что сам он поклонялся только одному Богу, но признал возможность существования других богов. Они утверждают, что Артапанус подчеркивает превосходство Яхве на протяжении всей своей книги, и что его изображение Моисея, как имеющего божественный статус, имеет библейские корни.

Причина, по которой Артапанус стал писать свой вариант истории евреев, также является предметом дискуссий. Одни ученые указывают на напряженность в отношениях между диаспорами евреями и их эллинистическими соседями. Например, Карл Холладей (Carl Holladay) считает сочинение Артапануса примером «конкурентной историографии». Это значит, что сочинения Артапануса должны были защитить евреев от нападений нееврейских историков, таких как Мането, чем и объясняется возвеличивание еврейских патриархов в его работе. Джеймс Чарльзворт из Принстонского университета, например, утверждает, что Артапанус сочинил «про-еврейскую апологию» в ответ на антиеврейские египетские стереотипы. Другие ученые отвергают эту току зрения, утверждая, что весьма маловероятно, чтобы неевреи стали читать приукрашенную историю евреев, которая к тому же принижает их собственную культуру. Они выдвигают теорию, что целевой аудиторией Артапануса, в первую очередь были сами евреи, и что он написал свою романтическую историю, чтобы поддержать национальную гордость евреев. Некоторые ученые объединяют обе точки зрения, так как одна не исключает другую.

С другой стороны, Эрих Грюн (Erich Gruen) считает, что все эти споры полностью упускают из виду юмористический жанр, к которому и следует отнести сочинение Артапануса: сочинитель не мог рассчитывать, что его рассказ воспримут буквально, так как каждый, кто знаком с библейскими историями быстро распознает фантастические дополнения и манипуляции текстом. Вместо этого, Грюн настаивает на том, что Artanpanus игриво дразнит фараонов и преувеличивает достижения еврейских патриархов «комических пропорции», чтобы продемонстрировать свою уверенность в себе в качестве еврея диаспоры.

Литературное влияние

Хотя возможно, что сочинение Артапануса оказало влияние на иудейского историка Иосифа Флавия, его влияние на литературную традицию в целом никак не прослеживается.